090. Нужен ли церкви менеджмент?

Снова в подкасте у нас хорошо знакомая гостья, Александра Галактионова, и мы снова обсуждаем болезненную и спорную тему. «Нужен ли церкви менеджмент?» — этот вопрос оставит равнодушным только того, кто заглядывает в церковь по большим праздникам, а человека, чувствующего себя причастным к церковной общине может волновать как то, что «в моей церкви нет никакого порядка, мы никуда не движемся, никто ни за что не отвечает», так и то, что «нет никакого желания в воскресный день участвовать в мероприятиях и программах, как будто мы фирма, работающая по менеджерским методичкам». И мы спорили, делились сомнениями и беспокойствами, обсуждали разные «за» и «против» в вопросе о роли менеджмента, мы говорили о возможности (или необходимости?) управления церковной общиной с использованием тех же теорий и методик, которые применяются и на современных предприятиях

059. Говорим о возникновении подкаста Культовые книги, отвечаем на вопросы и советуем книги на лето

Завершая очередной сезон и расходясь по отпускам, мы решили вспомнить, как начинался подкаст «Культовые книги», как распределились в нём наши роли, и ответить на вопросы слушателей. В конце подкаста мы рекомендуем по пять книг для летнего чтения

089. Христиане после военной операции в Мариуполе

В этом выпуске пастор Александр делится впечатлениями о волонтёрской поездке в Мариуполь. Что представляет собой церковная жизнь послевоенного Мариуполя, как живут там верующие люди, каково их настроение и как можно послужить им?

058. Грешники и Бог на «Перекрёстках» Джонатана Франзена

Христианский роман, который так сложно читать христианину, роман критикующий «христианскую жизнь» и церковь, в которых отсутствует Христос, роман, где всё голо, стыдно и откровенно, это «Перекрёстки» Джонатана Франзена. Протестантская церковь в Чикаго семидесятых годов, «социальное Евангелие», война во Вьетнаме, «секс, наркотики и рок-н-ролл», молодёжное церковное движение, психология и на фоне всего этого — семья пастора, которая трещит по швам.

088. Депрессия и суицид. Как говорить об этом с подростками?

Встречается ли депрессия в христианской среде? Помогают ли от депрессии укоры и советы типа «соберись, тряпка, и перестань выдумывать!» Что чувствует человек, находящийся в депрессии, и чем ему могут помочь окружающие? Какова роль медицины и таблеток? Об этом мы говорим с Александрой Галактионовой, и это вторая беседа из цикла «Как говорить на сложные темы с подростками?»

087. Волонтёрское служение беженцам

Мы беседуем с пастором московской церкви ЕХБ Александром Абыдёновым, вернувшимся из волонтёрской поездки в пункт временного размещения беженцев. Чем христиане могут послужить людям, вынужденно покинувшим свои дома во время военных действий, как волонтёры взаимодействуют с государственными службами, и в чём различаются функции и ответственность государства и верующих в заботе о беженцах? Как люди оказывают помощь и как принимают её? Какие трудности и радости переживают волонтёры в своём служении?

057. Недостоверные рассказчики и «Перст указующий» Йена Пирса

Детектив, написанный журналистом, историком культуры Йеном Пирсом не разочаровал. Четыре рассказчика, причём каждый последующий из них опровергает предыдущих — заставляют сформировать собственное отношение к происходящему, а уж от происходящего дух захватывает. Случайное бытовое убийство перерастает в книге в заговор межгосударственного масштаба, и после снова оказывается всего лишь случайным бытовым убийством, но при этом заговор никуда не девается, а интрига романа переносится аж на метафизический уровень: Христос среди «иуд» в христианском обществе XVII века; христианская идея искупления как непосредственное взятие на себя позора и наказания за конкретные преступления, совершённые другим человеком, психология предательства и самооправдания, ну и конечно, криптография, заговоры и шпионские страсти, всё это — роман Йена Писрса «Перст указующий»

086. Как говорить на сложные темы с подростками?

Каждое воскресенье пастор церкви либо ведёт сложные разговоры, либо убегает от них. А самая «сложная» аудитория для сложных разговоров — это подростки. Наивно думать, что церковных подростков не интересуют вопросы взаимоотношений и секса, отношения к ЛГБТ-сообществу и различным зависимостям, что подростков не касаются темы депрессий и суицида. И как церковному служителю помочь подросткам, запутавшимся в таких вопросах, и даже, хотя-бы — как поговорить об этом? В гостях на «посиделках» Александра Галактионова, которая умеет говорить на сложные темы как с подростками, так и с пасторами, и помогает научиться этому — говорить с подростками и помогать им

056. В XIX век с романом «Сад» Марины Степновой

В этом выпуске мы приводим топ неочевидных значимых современных российских романов, мы обсуждаем жизнь и творчество известной российской писательницы, поэтессы и переводчицы Марины Степновой, и говорим о её новом романе «Сад». И даже не просто говорим, мы спорим о романе, и подчас, то что раздражает в нём Игоря Попова — нравится Евгению Кайдалову. Являются ли слабые герои и слишком красивый язык писательской неудачей, в чём роман «Сад» приближается к романам Достоевского и нужны ли нам романы-путеводители?

085. История ранней Церкви. Иконоборчество и Ислам

Новая страница в церковной истории и новые вызовы. Христианство сильно изменилось и само начало осознавать свои изменения, задаваясь вопросом: «А так ли жили и верили Христос, Апостолы и первые христиане?» А в это же время начинает своё шествие по миру и свои завоевания новая религия — Ислам. Иконоборческое движение, о котором мы говорим в этом выпуске, очевидно связано с нетерпимостью к религиозным изображениям в Исламе. Начинается эпоха противостояния и диалога двух религий, мировоззрений и стилей жизни. Мы говорим о том, как в Христианстве понималось иконопочитание, какая аргументация выдвигалась иконоборцами и иконопочитателями. Этим выпуском мы завершаем цикл бесед по истории Ранней Церкви.

055. «Мягкая посадка» истории Человечества по версии Александра Громова

Апокалиптичный фантастический роман о конце человеческой истории, написанный в «девяностые», «Мягкая посадка» — это взгляд в будущее или осмысление настоящего? Мы спорим о достоинствах и недостатках книги, о её актуальности и выводах, которые хочется сделать после прочтения: суждено ли нам превратиться в «дубоцефалов» и «адаптантов» или борясь с ними всё-таки уподобиться им? Что происходит с ценностями всего Человечества или с ценностями отдельного человека, когда нарастает прессинг, когда давят обстоятельства, климат, враги, спецслужбы или собственная трансформация? Как можем мы постепенно поступиться всем, что считаем важным для себя?

084. История ранней Церкви. Пределы богословских изысканий Вселенских Соборов

Казалось, Халкидонское вероопределение должно было примирить несогласных и затушить богословские споры, но христианский Восток бушевал ещё два столетия, а последующие, Пятый и Шестой Вселенские Соборы, по нашему мнению, «выполняли тонкую настройку», что показало скорее пределы человеческих способностей к постижению Бога, нежели какие-то стороны божественной природы или Божьего плана спасения. Но если и может показаться, будто богословы на рубеже античной эпохи и начала Средневековья только и делали, что спорили об отвлечённых материях, то в личности Августина мы встречаем как проницательного богослова и писателя, так и ищущего Бога, рефлексирующего мистика, да и просто — христианина с потрясающей историей духовного поиска

054. «Канада» Ричарда Форда и другие великие американские романы XXI века

Ричарда Форда называют «Американским Достоевским». Он психологичен, поэтичен и многословен. Мы поговорили о Ричарде Форде, о литературном направлении «Грязный реализм» и конечно же, Игорь привёл свой топ-5 великих американских романов XXI века, среди которых и так понравившаяся нам «Канада». Что же делает это произведение по-настоящему великим? Универсальным? Какие приёмы использует автор? Какое место «Канада» занимает среди других произведений автора? На этот раз мы были единодушны в оценке романа, он нам очень понравился и мы с удовольствием и взахлёб, перебивая друг друга обсуждали его.

083. История ранней Церкви. Богословское осмысление боговоплощения

Богословие боговоплощения — это «Халкидонское» богословие, выраженное четырьмя отрицаниями: «неслитно, непревращенно, неразделимо, неразлучимо», но, чтобы понять их — нужно вникнуть в те ереси, через которые прошла ранняя Церковь, поскольку и сама Церковь смогла прийти к пониманию, осмысливая и отталкиваясь от докетизма, арианства, аполлинарианства, несторианства и монофизитства. И хотя Вселенские Соборы не стали образцовыми богословскими заседаниями, они пришли к богословским открытиям, которые остаются важными и для современного Христианства. А ещё, в этом выпуске мы поговорили об Иоанне Златоусте, о борьбе за Константинополь между Антиохийской и Александрийской кафедрами, и о разделении Империи и Церкви на Восток и Запад, которое к пятому веку стало уже вполне очевидным

053. За что мы любим комиксы?

В новогодние и Рождественские каникулы мы признаёмся в своей любви к комиксам и графическим романам, и говорим о том, что же нас, взрослых и серьёзных людей привлекает в «историях в картинках». Оказалось, что разное. Мы любим разные комиксы или графические романы (а иногда и мангу), и привлекает нас в них разное. Мы говорим об истории американского комикса, но при этом помним, что американским комиксом мир рисованых историй не исчерпывается.

082. История ранней Церкви. Второй Вселенский Собор и Никео-Цареградский Символ веры

Восток бурлит богословскими спорами, римские императоры пытаются направлять богословие Церкви как сами считают нужным, чтобы восстановить церковное единство или даже разрушить Церковь. В череде соборов и в борьбе партий Церковь сперва возвращается снова к Никейскому богословию, а затем и превосходит его в Никео-Цареградском Символе веры. А мы, Евгений Кайдалов и Олег Комраков, рассуждаем об этом и о многом другом: о «Великих Каппадокийцах» и о Феодосии Великом, о спорах с аномеями-евномианами и о «вселенском соборе», который так и не стал им. Ну и конечно же, мы говорим о Втором Вселенском Соборе, который всего лишь официально подтвердил богословие Никейского Собора, но ещё, вероятно он же стал источником обретённого позже самого главного Символа веры Вселенской Церкви.

052. Тихий американец Грэма Грина

Писатель-разведчик Грэм Грин прожил настолько интересную жизнь, что ему потребовалось два тома, чтобы описать её в автобиографии. Впрочем, и в своих романах Грин описывал себя. Писатель-христианин но не христианский писатель, он создал один из величайших христианских романов, за который его ругали представители Церкви. Вообще, Грин любил «потролить» Христианство.

Мы выбрали для обсуждения роман «Тихий американец», написанный от лица журналиста, разочаровавшегося в профессии, курильщика опиума, человека, разрушающего свою семью и всю свою жизнь. Возможно, размышления такого человека о жизни помогут критически посмотреть на популярные лозунги и всё-таки найти высшие смыслы. А в первой части подкаста мы говорим о писателях, служивших в разведке и находим среди них знакомые, а подчас и неожиданные имена.

081. История ранней Церкви. Император Константин и Вселенский Собор

Личность императора Константина Великого воспринимается неоднозначно. Подчинил ли он Церковь государственной власти, смешал ли он веру в Христа с культом Непобедимого Солнца или стал другом и защитником Церкви? Был ли сам Константин верующим человеком и какие слова хотел услышать о себе в празднование тридцатилетнего юбилея своего правления? Как Церковь восприняла Арианскую ересь и почему арианство оказалось неприемлемым для христианской веры? Об этом и о многом другом мы продолжаем беседовать с Олегом Комраковым

051. «Лоцман» Владислава Крапивина

В этом выпуске мы вспоминаем Командора, оказавшего огромное влияние на формирование нескольких поколений русскоязычных читателей: не только детского писателя, но настоящего друга и воспитателя для подростков, Владислава Петровича Крапивина. Мы обсуждаем его повесть «Лоцман», а также Мир Великого Кристалла и мессианство детства

080. История ранней Церкви. Формирование канона и ереси

Мы продолжаем беседовать с Олегом Комраковым об истории раннего Христианства, и на этот раз мы говорим о важнейшем процессе, происходившем в ранней Церкви — о формировании канона Нового Завета, состоящего из двадцати семи отдельных небольших книг: четырёх Евангелий, Деяний апостолов, апостольских посланий и книги Откровения. Как христиане поняли, что является наиболее авторитетным источником христианского исповедания, как смогли отделить эти книги от многочисленных книг раннехристианских авторов, и какую роль в этом сыграли ереси и расколы?